-
Публикации
10 -
Зарегистрирован
-
Посещение
-
Бои
2
Публикации, опубликованные пользователем namba
-
-
В истории любой морской державы немало славных страниц. Каждый корабль имеет свою судьбу. Порой в судьбе корабля отражается целая историческая эпоха боль, радость, героизм, поражение и победа целого народа. Но корабли не могут писать мемуары, они просто служат своей державе от рождения и до смерти.
В этой статье пойдет рассказ о корабле, который можно назвать великим. Его величие не в размерах, а в совершенстве воплощенной в нем инженерной мысли определивший путь развития целого класса военных кораблей на долгие годы в России и за ее пределами.
После Крымской войны Российская Империя начала заново создавать свой флот. В 1862 году на учениях Балтийского флота было испытано новое оружие - минный таран. После испытаний адмирал Бутаков доложил главному морскому руководству, что идея миноносных судов предполагает возможность иметь самое сильное оружие из всех придуманных на тот период. Сторонником минного оружия был Степан Осипович Макаров. В 1876 году адмирал Макаров предложил смелую идею оборудовать пароход «Великий Князь Константин» несколькими паровыми катерами с шестовыми минами. Эти катера могли атаковать корабли противника на месте их якорных стоянок. Как следует из самого названия шестовые мины - это мины, прикрепляемые к шестам и затем подводимые к неприятельским кораблям. Это было опасное дело, но русским морякам всегда хватало храбрости. Несмотря на долгие колебания начальства, минная флотилия Макарова была создана и успешно проявила себя в русско-турецкой войне, начавшейся в 1877 году.
Минная война была малой войной на море. Нападали незаметно, ночью и туман. Моряки сражались бесстрашно. На первый взгляд военные суда Турции были сильнее маленьких минных катеров Российского императорского флота, тем не менее были выведены из строя два турецких броненосца, потоплено несколько торговых пароходов и сторожевой корабль. И все же настоящим оружием будущего стала торпеда, впервые примененная Макаровым в войне с турками.
Торпеду или как ее тогда называли «самодвижущуюся мину» создал в 1865 году русский изобретатель И.Ф. Александровский. Но морское ведомство предпочло закупить патент у англичан, проявив недальновидность. Ведь Англия была давним врагом России. В 1877 году в виде опытового военного судна был построен первый в мире миноносец «Взрыв». Быстроходный миноносец «Бату» стал следующим шагом. Русский пример оказался заразительным. Миноносцы стали строить все крупные морские державы. Появились военные теории согласно котором именно миноносцы способны решить исход не только боя, но даже войны. И все же миноносцы оставались несовершенными. Это выявила русско-японская война. Ее опыт показал ограниченность применения миноносцев в дневное время. Недостаточная скорость, слабое вооружение, низкая мореходность по сравнению с более крупными кораблями делали миноносцы уязвимыми и соответственно ограничивали применение торпед.
Перед кораблестроителями было два пути устранения этих недостатков. Первый путь совершенствовать недавно появившиеся подводные лодки обладавшие таким ценным качеством как скрытность, второй путь создать универсальный корабль с мощным вооружением, высокой скоростью и хорошими мореходным качествами.
Русско-японская война изменила взгляды не только на миноносцы, трагедия поражения привела к осознанию острой необходимости усиления военной мощи России.
В 1905 году был образован особый комитет по усилению военного флота на добровольные пожертвования. Председателем стал Великий князь Александр Михайлович. В комитет входили многие ученые и морские офицеры. Патриотический порыв людей из самых разных социальных слоев вылился в мощный поток пожертвований. Были собраны миллионные средства. С 1905 по 1907 год на народные деньги было построено двадцать два военных корабля. Началось возрождение военно-морского флота России.
В 1907 году комитет принял решение о постройке турбоходного миноносца. 19 июля 1910 года на стапелях Путиловского завода состоялась торжественная закладка эскадренного миноносцы нового поколения, который получит имя «Новик» и станет легендой русского кораблестроения. На церемонии закладки корабля присутствовал сам Император Российской Империи Николай II.
Это событие совпало с новым витком мировой гонки военно-морских вооружений. В России этот удивительный корабль стал первым в серии эскадренных миноносцев нового типа, о которых так и говорили «Новики», но был последним, так как постройка велась на добровольные пожертвования.
19 июля 1910 года боевой корабль был заложен, а к концу года уже завершилось формирование корпуса, изготовление котлов и турбин. Разработали и спроектировали эти эсминцы замечательные русские корабелы во главе с Алексеем Николаевичем Крыловым. Имя «Новик» предложил командующий Балтийским флотом вице-адмирал Эссон в память о героически погибшем в русско-японской войне крейсере «Новик». Николай II утвердил название.
Через год после закладки состоялся спуск эсминца «Новик» на воду. По высочайшему соизволению без церемоний, так как рядом на верфи спускался линкор «Полтава». Эскадренный миноносец «Новик» обладал замечательными качествами. На ходовых испытаниях корабль развил скорость свыше 37 узлов. Это был мировой рекорд.
При относительно большой длине корпуса военный корабль обладал высокой прочностью. Его не ломало на самой крутой волне. Российская Империя в очередной раз показала всему миру свой уникальный и инженерный талант.
1 августа 1914 года Россия вступила в первую мировую войну. По плану морского генерального штаба на Балтийский флот возлагалась задача не допустить прорыва германского флота в Финский залив. В случае прорыва немцев предполагалось дать бой кораблями флота в самой узкой части Финского залива. В это время началась боевая биография эсминца «Новик».
В составе первого дивизиона эсминцев минной дивизии Балтийского флота эскадренный миноносец «Новик» совершал дерзкие рейды на вражеские коммуникации для постановки минных заграждений, вступал в опасные поединки с кораблями противника, нес конвойную и разведывательную службу. На минах выставленных дивизионом русских эсминцев подорвались германский броненосец «Карл Фридрих», крейсер «Бремен» и несколько других кораблей.
Центральным пунктом морской войны на Балтике была борьба за Моонзундский архипелаг. В неравной борьбе сошлись главные силы германского флота и соединения русских кораблей. «Новик» и его братья миноносцы входили в состав этого соединения.
Любой корабль неотделим от своего командира и команды. На русском флоте служили замечательные моряки. В 1915 году командиром эскадренного миноносца «Новик» стал Михаил Андреевич Бернс. Один из лучших командиров первой мировой войны. Именно с ним связанны самые яркие страницы в боевой биографии корабля.
В августе 1915 года эсминец «Новик» встретился в решительном бою с двумя новейшими германскими миноносцами «Фау-99» и «Фау-100». Рассчитывая на легкую добычу, вражеские эсминцы атаковали «Новик». Русский боевой корабль первый открыл огонь. После третьего залпа головной миноносец «Фау-99» получил серьезные повреждения и вышел из боя. Сосредоточив огонь на втором эсминце, «Новик» одержал победу и над ним. Горящий корабль был вынужден отойти. Продолжая вести огонь по флагману, миноносец «Новик» загнал его на русское минное поле, где тот подорвался кормой и затонул. На русском корабле потерь не было, а ранено только два матроса. Весь бой длился 17 минут. Русские моряки продемонстрировали высокое боевое мастерство, но это была не просто военная победа, это была победа русской инженерной мысли, доказавшая наглядно, что один миноносец «Новик» стоит двух немецких кораблей и превосходит их по скорости и по мощи вооружения.
Всю войну русский военно-морской флот сражался достойно. Причем почти всегда с превосходящими силами противника. В последнем решающем Моонзуднском сражении немцы обладали десятикратным превосходством, но так и не смогли выиграть бой.
Эсминец «Новик» прошел всю первую мировую войну. Лишь в 1917 году измотанный морскими сражениями корабль убыл в финскую столицу Гельсингфорс для ремонта. Там его и застала революция.
Революционные события обернулись не только общенациональной трагедией братоубийства, они стали катастрофой для флота. Так случилось что флот стал разменной монетой в политической игре того времени. За эту игру он заплатил своей гибелью. 18 июня 1918 года в Новороссийске по приказу Ленина были затоплены почти все корабли Черноморского флота. Один из семи эсминцев класса «Новик» миноносец «Керчь» своими торпедами потопил линкор «Свободная Россия» и несколько других кораблей, а затем экипаж открыл кингстоны и затопил боевой корабль. Свершилось то, чего враг не мог добиться на протяжении всей войны.
Миноносец «Новик» не участвовал в гражданской войне. До 1925 года эсминец находился в порту в охранении. В 1926 году корабль был перевооружен и получил новое название «Яков Свердлов». С этим именем он вошел в состав учебного отряда Краснознаменного Балтийского флота. Впрочем, настоящим именем эскадренного миноносца все равно осталось имя «Новик». Оно также не отменимо как родословная человека и отечества, как слава, добытая в боях.
«Новики» оказались кораблями долгожителями. Некоторые из них дожили до середины 50-х годов. Они успешно несли службу не только на Балтийском, но и на Северном, Тихоокеанском и Черноморском флотах.
В военной судьбе «Новика» как и военной судьбе всей страны было суждено продолжение. 22 июня 1941 года новая война обрушилась на Советский Союз. Эскадренный миноносец «Новик» вновь встает на защиту своего отечества. С первых дней Великой Отечественной войны легендарный корабль в огне боев ставит минные заграждения, обеспечивает боевое охранение линкора «Октябрьская революция» при его переходе в Кронштадт, участвует в обороне главной базы флота в Таллинне. Когда немецкие части вышли к окраинам Таллинна, военно-морским командованием было принято решение о перебазировании флота в Кронштадт. 27 августа чтобы отлечь внимание противника была организована контратака по всему фронту. В это время началась погрузка на военные корабли и к вечеру того же дня они покинули Таллиннский рейд. Это был тяжелейший переход. Более 200 боевых кораблей и транспортов должны были пройти узким Финским заливом около 160 миль, из которых 64 мили было заминировано, а 26 миль по обоим берегам были заняты врагом. Не хватало тральщиков, прикрытия с воздуха не было. Миноносец «Новик» и его соратники эсминцы обеспечивали охрану крейсера и транспортов. Пришлось тяжело - на пути было огромное количество мин. Тральщики и «морские охотники» не успевали расстреливать мины, всплывшие после траления. Воздух кипел от немецких самолетов. Но корабли мужественно продолжали свой путь.
«Новик» шел в охранении крейсера «Киров». Это был последний поход эсминца. 28 августа в 20:36 на миноносце «Новик» прогремел взрыв. Напоровшись на мину, военный корабль переломился пополам и за 5 минут ушел под воду. Лишь небольшая часть команды уцелела. Так закончил свою славную боевую жизнь легендарный эскадренный миноносец «Новик».
Великие корабли, как и великие люди, умирая, не уходят в небытие. Они продолжают жить в памяти истории, передавая свой героический дух будущему. И сегодня корабль «Новик» живет. Живет в других кораблях военно-морского флота Российской Федерации.
ИсточникВ завершенииК/ф "Моонзунд"Фильм снят безупречно. В том смысле, что очень близко к тексту одноимённого романа Пикуля. То, что сам роман, мягко говоря, не всегда соответствует историческим реалиям, особенно не важно. Как и то, откуда Пикуль брал материал для романа...
Зато отснятые в фильме модели кораблей просто великолепны!
P.S. Из Евстигнеева получился очень даже колоритный фон Эссен. Правда, почему-то с уклоном в сибаритство, чего современники за Николаем Оттовичем никогда не замечали...
Версия писателя В. Пикуля,:
«Шашлыки» неизвестных эсминцев быстро вздергивались над морем, стали видны. Шесть дымящихся труб, на каждого — по три. На позывные они не ответили, и Грапф (командир эсминца "Новик" ), почти успокоенный, сказал:
— Сергей Николаич, вы стоите ближе... Будьте так любезны, нажмите педаль колоколов громкого боя.
Нажали педаль. Тревога!
После чего фон Грапф обратился к вахте:
— Прошу запомнить: перед нами два немецких эсминца типа «V» новейшей конструкции. Спущены на воду лишь месяц назад. Противник достойный: их скорости и вооружение, как у нашего «Новика».
— Мама! — дурачась воскликнул Мазепа.
Петряев обезьянкой вскарабкался обратно на дальномер, через сильную оптику обозрел корабли противника:
— Нажимают зверски! Кареты у них богатые... с гербами!
— Сейчас проверим, каковы у них ямщики, — сказал фон Грапф...
«Новик» легко вспарывал водяную толщь плугом форштевня. В мощном пении согласных турбин копилась страшная сила скорости, необходимой для боя. Гальванеры уже трудились на автоматах стрельбы. Синие, желтые, красные проблески сигналов мигали трепетно, освещая молодые лица матросов. На первом же залпе (который, сколько ни жди его, всегда будет неожиданным) комендоров, приникших лицами к визирам, ударило аппаратурой в лицо, но каучуковая оправа спасала зрение. По секундомеру Петряев давал «отмашку», срывая педаль ревуна, и следом такие же ревуны яростно мычали на плутонгах, отмечая начало каждого залпа.
Бой начался. Весь на скорости. Весь в наскоке.
Один против двух вступил в неравную дуэль...
На бортах немцев уже видны литеры, намалеванные белилами от ватерлинии до срезов полубаков: «V-99» и «V-100». Наградив «сотый» двумя попаданиями, «Новик» теперь зашибал снаряды в «девяностодевятку». Точное маневрирование фон Грапфа сделало «Новик» почти неуязвимым — ни одного попадания!
— Право руль... еще правее... теперь — лево на борт.
Сбоку ему подсказывал штурман:
— Не увлекайтесь, Гарольд Карлович: там — мины!
— Я это знаю, но... помнят ли об этом колбасники?
На «V-100» снаряд разнес мостик, там уже загорелось. Запарив машиной, «сотый» быстро укрывался в тени берега.
— Пошлите ему... в разлуку! — сорванно крикнул Артеньев.
«Новик» послал вдогонку «V-100» снаряд, который начисто сбрил ему среднюю трубу, и было видно, как она соскочила с палубы в море, последним вздохом извергнув последний клуб дыма.
— Артисты! — раздался одобрительный возглас Грапфа; командир от телеграфа нагнулся к помощнику: — Стыдно сказать, но так хочу в гальюн, что спасу нет... Не знаю, дотерплю ли?
Половина дела была уже сделана: «Новик» уравнял свои силы.
Русские погнали перед собой «V-99» с такой яростью, как гонят по улице бешеную собаку. Эта «улица» вела прямо на минное поле. Петряев умудрился настичь врага ловким снарядом, разворотив ему корму. Очевидно, снаряд разбил дымовые шашки, и теперь убегающий «V-99» потянул за собой плотную полосу дымзавесы.
— Совсем некстати, — огорчились люди на «Новике». За эту дымзавесу тут же, очень ловко, завернул и «V-100». Грапф перетопнулся с ноги на ногу.
— Может, за это время, пока ветер отнесет дым в сторону, я успею сбегать до гальюна и обратно?
За полосою дыма, невидимые, уходили немецкие корабли. Ветер разорвал дымзавесу на волокна — как спутанную пряжу.
— Вот они!
— Петряев, работай дальше! — крикнул Грапф артиллеристу...
— До минной банки всего полмили, — предупредил штурман.
Прямо по курсу с гулом вздыбнулось море: «V-99» взорвался. Еще взрыв! — на инерции хода он взорвался и на второй мине. Эсминец быстро погибал, оседая в море кормой, оттуда ревели тонущие... «V-100» пытался спасать людей, но это было слишком рискованно. К тому же «Новик» взял его под обстрел. Тогда «сотый» сделал самое мудрое — он побежал!
— Ямщики у них дерьмовые, — рассуждали сигнальщики...
— Отныне, — объявил фон Грапф, — прошу не говорить, что тип этих кораблей неизвестен. Теперь мы знаем им цену... По отсекам осмотреться. Подсчитать убитых и раненых.
Обратный доклад постов был блестящим:
— Повреждений нет. Убитых нет. Раненых не имеем.
— Вот так и надо воевать! — сказал фон Грапф и, растолкав всех у трапа, бросился через люк в провал мостика с хохотом: — Не мешайте, не мешайте... У меня срочное дело в низах!
/Из романа "Моонзунд"/
Под именем Гарольда Карловича фон Грапфа выведен образ кавторанга Михаила Андреевича Беренса - впоследствии контр-адмирала. Краткая биографическая справка:
Родился в 1879 г., участник обороны Порт-Артура в русско-японскую. В Первую мировую войну командовал эсминцем "Новик". Георгиевский кавалер 4-й степени. Один из организаторов перехода русской эскадры в Бизерту в 1921 и последний командующий этой эскадры. После расформирования эскадры, остался в Тунисе, работал в типографии. В 1937-1938 входил в состав комитета по строительству русского православного храма св. Александра Невского в г. Бизерте. Присутствовал на торжественном богослужении при закладке первого камня храма в 1937 г. Похоронен в 1943 г. в Бизерте (по другим данным, в г. Мегрина, пригороде Туниса).
Версия историка А. Больных, переводчика и англофила:
В ночь на 17 августа германский командующий направил в Рижский залив эсминцы V-99 и V-100 для атаки броненосца «Слава». Под прикрытием темноты германские эсминцы пошли вдоль самого берега. В 19.55 они встретили в проливе эсминцы «Генерал Кондратенко» и «Охотник». Перестрелка длилась около 5 минут, после чего противники потеряли друг друга из виду. Но русские эсминцы подняли тревогу, и немцы никого в заливе не нашли. В 1.10 около входа в Аренсбургскую бухту, где обычно стояли русские корабли, V-99 и V-100 имели столкновение с эсминцами «Украина» и «Войсковой». Бой велся на дистанции всего 3 кабельтовых и длился 3 минуты. Немцы, не видя своей главной цели, сразу ушли.
Уже на обратном пути в Ирбенском проливе их перехватил эсминец «Новик». Бой начался в 4.15 и длился 17 минут. Вот как описывает его командир «Новика» капитан 2 ранга М.А. Беренс:
«Я увидел прямо по курсу во мгле два корабля. Пробил боевую тревогу и, подойдя ближе, определил 2 больших неприятельских миноносца, трехтрубных, двухмачтовых, по типу подходящие к аргентинским миноносцам, строящимся в Германии. Миноносцы, видимо, заметили «Новик» и пошли прямо на него большим ходом. Тогда я склонился влево настолько, чтобы могли действовать все орудия, и открыл огонь с 47 кабельтовых при ходе 17 узлов. Неприятельские миноносцы легли на параллельный курс и сейчас же открыли ответный огонь.
Уже третий наш залп дал накрытие, и мы перешли на беглый огонь по головному миноносцу. У него была сбита средняя труба, из основания которой повалили клубы черного дыма. Одновременно возник пожар на юте, мой эсминец уменьшил ход.
Я перенес огонь на другой миноносец, который, пройдя между «Новиком» и подбитым кораблем, прикрыл его завесой густого белого газа, выходящего с кормы. До этого второй корабль противника получил несколько попаданий и у него был замечен пожар. Лег курсом прямо на него, и когда из-за завесы показался первый эсминец, снова открыл по нему огонь, изменив соответственно курс. Через 2 минуты у него был замечен пожар в середине корабля, и он начал жаться к берегу, прикрываемый вторым кораблем. Преследовать их я не мог, так как в это время уже подходил к ограждающей вехе — за ней находилось русское минное заграждение. С уменьшением хода провожал огнем до выхода из предела действительной стрельбы. Возле Михайловского маяка головной эсминец, который все еще горел в двух местах, начал сильно погружаться кормой, выпуская светящиеся ракеты — белую и красную... Спустившаяся мгла не дала возможности проследить его дальнейшую судьбу».
Дальнейшая судьба V-99 прекрасно известна. Эсминец наскочил на мину, и, чтобы не затонуть, был вынужден выброситься на берег. В германские корабли попали 11 снарядов, от них погибли 17 человек и 39 были ранены. «Новик» получил попадания нескольких осколков от близких разрывов. Хотя результат боя совершенно ясен, с его описанием ясно далеко не все. Минный офицер эсминца Г. Граф пишет, что корабль израсходовал всего 23 снаряда. Меткость около 50%? Это ведь совершенно неслыханно, прецедентов в истории военно-морского искусства всех времен и народов просто нет. И что это за беглый огонь, когда за 17 минут из 4 орудий выпускается 23 снаряда? Посчитайте скорострельность сами, помня при этом, что русские 102-мм орудия могли делать 15 выстрелов в минуту.
/Из книги "Морские битвы Первой мировой. Трагедии ошибок"/.
Отрывок из книги Ю.Г. Степанова и И.Ф. Цветкова "Эскадренный миноносец "Новик":
"Весь бой длился 17 мин, вспоминает старший минный офицер "Новика" (лейтенант К. Петров ). Наше маневрирование было несложным, так как обе стороны были стеснены близким расположением минных заграждений. Командир все время только старался, по возможности, сохранять постоянный курсовой угол и расстояние до целей. Ход за все время мы имели постоянный и не более 17 уз, что тоже во многом способствовало успеху. Результат боя надо считать для нас блестящим, так как противник в сумме был значительно сильнее "Новика", имея шесть 100-миллиметровых орудий против наших четырех того же калибра.
В начале боя у самого борта "Новика" разорвался 100-миллиметровый снаряд, осколками которого перебило два пиллерса кормового мостика и повредило деревянный моторный катер. Этими же осколками были легко ранены два матроса. Всего за этот бой "Новик" выпустил по противнику 23 снаряда" (ЦВММ, рукописный фонд, р/3324, с.121).
В бою особенно отличились управляющий артиллерийским огнем лейтенант Д.И. Федотов, плутонговый командир мичман П.Н.Бергштрессер и артиллерийский кондуктор М.З.Попов. (с)
Р.S. Следует помнить, что германские корабли на день боя были на самом деле вооружены не шестью 100 мм орудиями, а лишь четырьмя 88-мм против четырёх 102-мм орудий «Новика». То есть русский корабль один практически не уступал по весу залпа обоим германским. Однако в любом случае этот бой, безусловно, является победой русских.
«Новик».
1280/1595 т, 102,4x9,5x3,5м. ПТ - 2, 6 ПК, 35 100 л.с.=36,9 уз., 315т нефти. Эк. 113 чел. 4— 102 мм/60, 4 пул., 4x2 ТА 450 мм, 80 мин загр.
V-99, V-100.
1374/1843 т, 98,0x9,35x3,42 м. ПТ-2, 4 ПК, 40 000 л.с. = 36,0 уз., 527 т нефти. Эк. 114 человек. 4-88 мм/45, 2x2 ТА 500 мм, 2x1 ТА 500 мм, 24 мины.
-
Отредактируйте информацию! И добавьте изображения, и конечно же, источник.
нажми.
-
«ИДЕМ НА ЗАПАД БИТЬ ФРИЦЕВ...»
В январе 1943 года весь мир, затаив дыхание, следил за битвой под Сталинградом. Военные стратеги прекрасно понимали, что именно там фактически решается судьба второй мировой войны. А в это время на другом участке советско-германского фронта, на самом правом его фланге, моряки-северофлотцы в сложнейшей обстановке решали серьезные боевые задачи.
Значительный перевес на море в совокупности с пассивностью англо-американского флота позволил фашистской Германии в 1942 году завладеть инициативой на Северном театре военных действий. Трагическим свидетельством этого стал, в частности, разгром брошенного союзниками конвоя PQ-17. Вместе с ним ушли на дно 430 танков, 210 самолетов, 3350 автомобилей и почти 100 тысяч тонн других грузов, в которых так нуждалась наша страна. Баренцево море оказалось практически оккупированным фашистскими рейдерами и субмаринами. Именно поэтому гитлеровское командование, посылая в Киркинес конвой из пяти транспортов с частями 6-й горно-егерской дивизии, было уверено: кораблям вряд ли что угрожает. Полярная ночь, сильный эскорт, включавший два новейших эсминца, близость береговых батарей на всем протяжении маршрута – все это сулило успех операции...
В ночь на 21 января, когда немецкие транспорты, пройдя уже большую часть пути, оказались на траверзе норвежского городка Вадсе, из облаков выскользнула луна и, подобно осветительной ракете, раздвинула видимость почти до самого горизонта. И тут немцы с удивлением обнаружили менее чем в 30 кабельтовых от конвоя силуэты двух кораблей. Фашисты не успели даже запросить их позывные – замелькали вспышки выстрелов, по транспортам ударил смертоносный град артиллерийских снарядов, а черную воду прорезали следы приближавшихся торпед. Бой был краток. Один вражеский транспорт с войсками затонул мгновенно, другой, объятый пламенем, выбросился на прибрежные камни. Получил серьезные повреждения и миноносец типа «Вольф», испытав на себе поражающее действие 35-килограммовых снарядов советских орудий – «стотридцаток». На полной скорости наши корабли (это были лидер «Баку» и эсминец «Разумный», прибывшие на Северный флот всего три месяца назад) вышли из-под ответного огня, оставив в ледяной воде Варангер-фьорда горящие транспорты. Блестяще выполнив задачу, «Разумный» и «Баку» вернулись в Кольский залив и бросили якорь на рейде Ваенги (ныне Североморск). Так в наиболее тяжелые для Советского Заполярья дни открыли свой боевой счет вчерашние тихоокеанцы...
К началу войны самым молодым и самым малочисленным среди четырех флотов нашей страны был Северный. Если для Балтики, Черного моря и Тихого океана строились новые крейсеры, лидеры и эсминцы, то на Севере к июню 1941 года из крупных кораблей имелся лишь отдельный дивизион эскадренных миноносцев в который входили пять новых эсминцев проекта 7 и три старых типа «Новик», спущенных на воду еще в дореволюционные времена. Слабым местом флота была ремонтная база, а нехватка аэродромов и современных самолетов ограничивала возможности морской авиации. Такое положение вещей объяснялось главным образом тем, что до войны Северный театр военных действий считался второстепенным. Однако получилось наоборот: в связи с соглашением о ленд-лизе северные морские пути приобрели важнейшее значение. Поэтому в мае 1942 года Ставка приняла решение перебросить с Тихого океана по Северному морскому пути несколько современных боевых кораблей. Задача была не из легких: кораблям, не приспособленным к ледовому плаванию и перегруженным боезапасом, впервые предстояло пройти 7 тысяч миль в предельно сжатые сроки. Однако желание как можно скорее помочь Родине делом вызвало среди тихоокеанских экипажей небывалый подъем. Для плавания во льдах моряки «одели» корабли в своего рода «шубы» из двух рядов дубовых брусьев и слоя котельного железа, окружавших корпуса по ватерлинии, заменили бронзовые гребные винты на специальные, со стальными кромками лопастей.
15 июля 1942 года после краткого напутствия командующего Тихоокеанским флотом адмирала И. С. Юмашева лидер «Баку» и эсминцы «Разумный», «Разъяренный» и «Ревностный» снялись с якоря и скрытно вышли из Владивостока в Японское море. Помимо топлива, боекомплекта и припасов на кораблях находился особый груз – по три тонны золота в специальных ящиках. Он предназначался для передачи представителям США в счет оплаты военных поставок. Маршрут отряда лежал через пролив Лаперуза, однако на подходе к проливу «Ревностный» подорвался на японской мине и затонул. Остальным пришлось изменить курс и идти в Охотское море Татарским проливом.
После десятидневного перехода по штормовому океану и кратковременной стоянки в Петропавловске-Камчатском отряд прибыл в бухту Провидения. Здесь, вдали от японского флота, драгоценный груз переправили на американский крейсер, после чего экипажи начали готовить свои корабли непосредственно к ледовому походу. Сюда же пришел караван ледоколов и транспортов. Вместе с тремя боевыми кораблями они составили «Экспедицию особого назначения» (ЗОН-18). 14 августа экспедиция тронулась в путь, а уже через три дня корабли оказались в сплошных ледовых полях Чукотского моря. Экипажи самоотверженно боролись с ледяной стихией, и наконец 21 августа экспедиция вошла в Колюминскую губу Чукотского моря. На острове Беляки к восьмиметровому кресту, установленному на могиле кочегаров ледокола «Таймыр» еще в 1914 году, прикрепили медную пластину с выгравированной надписью: «Эсминец «Разумный». Идем на запад бить фрицев. 21 августа 1942 года».
После небольшой передышки экспедиция вновь оказалась во льдах. К тому времени к ней примкнули почти все ледоколы страны. И задание Родины было выполнено в срок: 14 октября корабли ЭОН-18 бросили якорь в Кольском заливе.
Ремонт, прокладка размагничивающих обмоток по палубе для защиты от магнитных мин и торпед, усиление зенитного и противолодочного вооружения– эти работы заняли лишь две недели. И сразу после их завершения – с конца октября 1942 года – начались постоянные боевые походы, перемежаемые короткими стоянками на базах. Артиллерийская поддержка советских войск, сопровождение конвоев по так называемому «арктическому огненному коридору» – району Баренцева моря восточнее острова Медвежий, дерзкие обстрелы вражеских позиций, поиск и уничтожение подводных лодок, отражение воздушных атак – трудно даже перечислить все операции, выпавшие на долю североморцев в годы войны. И основную их тяжесть вынесли наши эсминцы проекта 7, или просто – «семерки», как называли их моряки. Кораблем этого типа был и эсминец «Разумный», неизменный участник практически всех крупных операций Северного флота с конца 1942-го и до окончания войны...
ЗНАМЕНИТАЯ «СЕМЕРКА»
История создания проекта 7 восходит к началу тридцатых годов, когда перед советскими конструкторами поставили задачу: создать эсминец, превосходящий зарубежные аналоги по вооружению и скорости при сравнительно небольшом водоизмещении. В окончательном варианте эсминец имел стандартное водоизмещение 1548 и полное 2111 т (однако последующие переделки, усиление корпуса, добавление вооружения привели к тому, что фактическое водоизмещение их перед войной составляло 1385/2402 т). Чтобы обеспечить достаточно высокую скорость – 38 узлов – корпусу корабля придали стремительные обводы с необычайно большим отношением длины к ширине: более чем 10:1 (первоначально 116 и 11 м, впоследствии длину эсминца уменьшили до 112,8 м при сохранении той же ширины). Фактическая осадка «семерки» при полной нагрузке составляла около 4 м.
Корпус корабля был клепаным, но при изготовлении ряда механизмов применялась сварка. Три главных водотрубных котла разместили один за другим. Две турбины (каждая – в своем отделении) имели мощность 54 тыс. л. с. (кстати, во многих справочниках ошибочно приводится цифра 48 тыс. л. с.). Позднее, в 1937 году, в проект энергетической установки внесли ряд изменений. В результате появился эсминец проекта 7-У – «улучшенный» – двухтрубный корабль практически нового типа.
Вооружение составляли два трехтрубных торпедных аппарата, четыре 130-мм орудия Б-13, две 76-мм универсальные пушки 34К, четыре-пять 37-мм автоматов и два 12,7-мм пулемета ДШК. В ходе войны на североморские эсминцы дополнительно установили по два спаренных 12,7-мм пулемета «кольт». В результате по мощи артиллерийского вооружения Наши эсминцы не имели себе равных.
Под стать артиллерии были и торпеды – основное тяжелое оружие «семерок». Принятая на вооружение в 1939 году советская торпеда «53-39» могла нести 317-килограммовый заряд взрывчатки на дальность 10 км и имела максимальную скорость хода 51 узел. Помимо торпед, находившихся в аппаратах, эсминцы могли принять на борт шесть запасных, что также выгодно отличало их от большинства иностранных кораблей того же класса.
Не имела себе равных и разработанная советскими конструкторами система управления огнем. В боевом отделении под носовой надстройкой находился центральный автомат стрельбы ЦАС-2 – новейшая для того времени система, в которую автоматически вводились данные о цели от командно-дальномерного поста (КДП), а также значения скорости корабля, силы ветра, амплитуды качки и другие. Стабилизация и наведение орудий осуществлялись сервомеханизмами. Ну а прицелы на пушках выполняли вспомогательную роль и применялись лишь в случае выхода из строя основной системы управления огнем.
Но сколь бы ни была совершенна техника, главной силой в любой войне все же являются люди, умеющие владеть этой техникой, их опыт и боевой дух. Отличное оружие в совокупности с великолепной подготовкой краснофлотцев порождало результаты почти невероятные! Бывший артиллерийский электрик эсминца «Разумный», а ныне старший научный сотрудник одного из научно-исследовательских институтов К. А. Любимов вспоминал, как на учебных стрельбах Тихоокеанского флота «Разумный» ухитрялся стрелять из своих «стотридцаток» на 33 км – за горизонт! При этом скорострельность главного калибра достигала 13 выстрелов в минуту на один ствол вместо 7– 8, указанных в паспорте. Кстати, по тем же паспортным данным, наши 130-мм пушки имели и недостаток (пожалуй, единственный и присущий всем предвоенным системам) – неспособность вести огонь по воздушным целям. Однако уже на третий день войны артиллеристы эсминца «Гремящий» сбили именно из такого орудия фашистский бомбардировщик – первый, но далеко не последний самолет, уничтоженный советскими моряками с помощью орудий, «не имеющих свойств зенитной стрельбы».
Головной корабль проекта 7 – «Гневный» – заложили осенью 1935 года, а в строй Балтфлота он вступил в октябре 1938-го. Всего было построено 29 эсминцев проекта 7, 17 – проекта 7-У и один 7-УЭ – с электрооборудованием на переменном токе.
Несмотря на перегрузку относительно первоначального проекта, большинство «семерок» показало на испытаниях скорость выше запланированной. Только фактическая дальность плавания оказалась несколько ниже расчетной: 2720 миль вместо 3 тыс. миль при скорости экономического хода в 20 узлов.
Эсминец «Разумный» – один из тринадцати тихоокеанских «семерок», названия которых в отличие от названий эсминцев других флотов начинались с буквы Р. Его заложили в Николаеве в 1936 году под названием «Прочный». Затем разобрали и перевезли по железной дороге на Дальний Восток и в июне 1939 года спустили на воду под названием «Разумный». Вступил в строй он лишь в октябре 1941-го. И сразу же на «Разумном» началась напряженная подготовка к будущим боям: учебные походы, противолодочные атаки, стрельбы. Тогда, первой военной осенью, экипаж корабля еще не знал, что ему предстоит сражаться на Крайнем Севере...
ОГНЕННЫЕ МИЛИ
После разгрома вражеского конвоя в январе 1943 года немецкое командование резко уменьшило перевозку грузов морем. И это стало большой победой североморцев, ведь, по свидетельству бывшего фашистского адмирала Ф. Руге, «ведение войны в этой пустынной местности полностью зависело от возможности продолжать морские перевозки».
И действительно, в 1942 году через порты Лиинахамари и Киркинес ежемесячно проходило около 500 тыс. т грузов. И в том, что этот поток значительно сократился, заслуга кораблей Советского Северного флоте, в том числе «Разумного».
В ноябре 1943 года из Тикси в Архангельск возвращался конвой АБ-55, в который входили все каши североморские ледоколы. Гитлеровцы прекрасно понимали, насколько велика значимость этих судов для обеспечения перевозок грузов Северным морским путем, и пытались сделать все возможное, чтобы их уничтожить. У мыса Канин Нос немецкие лодки, действовавшие методом «волчьей стаи», атаковали конвой. Но корабли охранения – в том числе «Разумный» – не подпустили на дальность торпедного выстрела ни одну субмарину. Двенадцать раз наши корабли обнаруживали вражеские подлодки к обрушивали на них глубинные бомбы.
15 ноября акустики «Разумного» в очередной раз услышали под водой шум винтов. Тотчас же эсминец резко изменил курс и в пенную струю за кормой полетели глубинные бомбы. Среди разрывов раздались три необычно мощных взрыва – с подводным пиратом было, похоже, покончено, В сводках военной хроники отмечалось, что и «16 ноября эсминец «Разумный» (командир капитан-лейтенант В. В. Федоров) трижды атаковал фашистские подводные лодки»... За подобными скупыми строчками скрывалась поистине героическая борьба с сильным, умелым и жестоким противником, в которой подчас любая самая незначительная ошибка одного моряка могла привести к гибели всего экипажа.
За годы войны «Разумному» не раз приходилось вступать в единоборство с вражескими подлодками. Но с абсолютной достоверностью установить результаты атак в условиях северных вод, больших глубин, да и из-за множества обманных приемов немецких подводников, было очень сложно. Далеко не полными оказались сведения о потерях фашистов и в военных архивах, захваченных нашими войсками в 1945 году. Тем не менее есть все основания утверждать, -что на боевом счету «Разумного» имеются минимум две потопленные вражеские субмарины. Одна из них, как уже упоминалось, была уничтожена в середине ноября 1943 года, а другая – 8 декабря 1944 года – также серией глубинных бомб. Подтверждением гибели врага были огромный пузырь воздуха на месте взрыва и всплывшие обломки.
Столь же активно действовали на Севере и другие «семерки». Особенно отличился «Гремящий»: он прошел с боями свыше 60 тыс. миль, отразил 112 атак вражеской авиации, сбив при этом 14 и повредив 23 самолета противника. В марте 1942-го он отправил на дно фашистскую подводную лодку U-535. Эсминец неоднократно проводил обстрелы вражеского побережья, манные постановки, обеспечивал проводку более 60 советских и союзных конвоев. 1 марта 1943 года «Гремящий» был удостоен гвардейского звания. Эсминцы «Громкий» и «Грозный» за заслуги перед Родиной в марте 1945 года награждены орденом Красного Знамени.
Но победы давались нелегко. Из семи «семерок» Северного флота День Победы встретили только пять. Уже в начале войны, в мюле группа бомбардировщиков Ю-87, зашедших со стороны солнца, потопила «Стремительный», стоявший на якоре в Кольском заливе у острова Вестник. Бомба попала в торпедный аппарат, последовала детонация торпед, корабль разломился пополам и в считанные секунды затонул. В ноябре 1942 года во время 11-балльного шторма в открытом море переломился на волне «Сокрушительный». Приняв радиограмму о бедствии, на помощь устремились «Разумный», а также эсминцы «Куйбышев» и «Урицкий». «Сокрушительный», у которого по 173-му шпангоуту отломилась и затонула корма, с трудом держался на воде, но пришвартоваться к нему в условиях жестокого шторма и сильнейшей качки, вызывавшей крен до 45°, не удавалось. Во время одной из попыток эсминцы столкнулись, и острый, как нож, нос «Сокрушительного» отсек часть полубака «Разумного» по 8-му шпангоуту. Теперь экипажу «Разумного» пришлось бороться и за жизнь своего корабля. Моряки все же спасли эсминец: он вернулся на базу задним ходом, кормой вперед, чтобы не разрушить цементную заделку пробоины. Сняли и большую часть команды «Сокрушительного».
6 января 1945 года тяжелые повреждения получил эсминец «Разъяренный». Вместе с «Разумным» он вел поиск подводных лодок по курсу нашего конвоя. Внезапно раздался оглушительный взрыв, оторвавший «Разъяренному» корму. По всей видимости, это была самонаводящаяся торпеда с немецкой подлодки. «Разумному» и другим кораблям охранения удалось отогнать ее, но положение «Разъяренного», осложненное начавшимся на корабле пожаром, оказалось на редкость трудным. Лишь исключительная организованность и самоотверженность экипажа позволила удержать эсминец на плаву и отбуксировать его в Лиинахамари.
Тысячи огненных миль, десятки боевых походов остались за кормой «Разумного». И всегда североморцы отважно шли на врага во имя единой цели – приблизить желанный для всего советского народа день победы над фашистской Германией. И когда он наступил, среди участников знаменитого Парада Победы было три моряка из экипажа «Разумного»: краснофлотцы А. А. Саввин, А. П. Спирин, Н. И. Комиссаров.
С. Балакин
Источник Журнал «Моделист-конструктор» №5 / 1988 г.
Первые Официальные скриншоты World of Warships
в Новости
Опубликовано:
ПЫ.СЫ. Разработчики скрины это хорошо... поиграть бы :Smile_playing: